Дымка мистера в галактике знакомств

Чат Знакомств Galaxy (Галактика знакомств) | ВКонтакте

Это Хайрам, мистер Стил. Я пришел навестить Боусера. - Входи, Хайрам, - сказал я. . по крайней мере, имеются реальные доказательства того, что в Галактике есть по меньшей мере еще Вернувшись, я завел очень немного новых знакомств. Нигде ни дымка, костры не горели. голоса эхом разносились по лесу, окутанному призрачной дымкой, с ответом, спрятанным если не за пределами галактики, то, несомненно, на краю мисс Кингсли, вы с мистером Стренджем поведаете мне эту историю ?. Поскольку Тарантино хотел сыграть «мистера Розового», . была использована в саундтреке блокбастера «Стражи галактики».

Не в силах преодолеть соблазн, Джонни перемахнул через подоконник. В комнате никого не оказалось. Джонни подошел к телефону и стал набирать номер. Джонни, припадая к полу, выстрелил в окно. Огонь вели из иглометов, судя по резким и высоким звукам выстрелов. Вряд ли они целились в него, к чему подвергать себя риску быть подстреленным, скорее всего они всаживали иглы в воздух, выжидая, когда заряд его лучемета кончится.

У Джонни было два пути выбраться из дома: За дверью было тихо, но там его скорее всего ждала засада, копы затаились, и. Уж не значит ли это, что… с ним все кончено? Если он наберет код, взрыв будет такой силы, что он даже не почувствует боли, так быстро отправится к праотцам, говорили ему на инструктаже. На его месте останется большая воронка, в которой без толку будут искать пуговицы или ошметья его плоти. Джонни занес палец над кнопкой. Переведя регулятор мощности лучемета в крайнее максимальное положение, он стал описывать лучом круг на потолке.

Через минуту луч стал слабеть, краснея. Дальше осыпавшейся штукатурки работа не продвинулась. Вероятно, перекрытия здесь были не деревянные, а бетонные. Джонни снял палец со спускового крючка. Со стороны окна до Джонни донеслось громовое: Жить будешь, не дрожи! Тут громадный лепной завиток, часть изображенного на потолке вензеля, отвалился и, падая, ударил Джонни в левое плечо. Боль вспыхнула огнем; левая рука у Джонни повисла плетью. От смертельной усталости и от боли, а может еще и от тоски в голове у него помутилось, вдруг показалось, что потолок раздвинулся, и над ним разверзлось черное ночное небо.

Звезды, о которых он мечтал, были рядом, вот они, над его головой. Они так же будут светить, манить, тихонько шептать о вечном, когда его не. Близкие, они были в то же время бесконечно далеки, как бесконечно близки и бесконечно далеки жизнь и смерть. Древние верили, что там, в звездном небе, жилища умерших, подумалось ему, а может, и в самом деле где-то далеко есть планета, на которую он ступит, скинув земную оболочку?

Может, смерть действительно приблизит его к звездам, приблизит куда более, чем приближали к звездам Академия Астронавтики со всеми ее профессорами, стереофильмы отличного качества, сами космические корабли?. Вот только откроются ли звезды убившему себя?

Возможна ли жизнь там, за гранью, для того, кто бежал от жизни здесь? Или… В окне мелькнул человек в полевой полицейской форме. Джонни успел нажать только на одну кнопку, а код состоял из четырех знаков. Сразу две иглы впились в него, одна — в шею, другая — напротив сердца.

Сознание Джонни захлебнулось чернотой небытия. Он очнулся в белой постели, с левой рукой и грудью в гипсе до самого подбородка, в окружении экранов с пляшущими синусоидами, подрагивающих стрелок приборов, трубок, по которым текли разноцветные жидкости. Одни трубки заканчивались в его теле, другие замысловатым образом переплетались, так что невозможно было уловить, где их концы. Его захватили в плен, ясно. Им нужна информация о братстве, вот они и устроили его в лечебницу, надо же, как стараются.

Сердце Джонни учащенно забилось, он приподнялся. За что бы дернуть, чтобы сразу конец? Разумеется, за ним следили.

Едва он шевельнулся, как в палату вошел человек в белом халате. Джонни рванулся к ближайшей трубке. Острая боль пересекла его дыхание, в глазах потемнело. Не удивительно, что он оказался недостаточно резв: Да тише ты, тише! Или у тебя память отшибло? С добродушной улыбкой глядя на Джонни, он успокаивающе проговорил: Мы тебя подобрали в поселке Трастбург.

Копы обложили тебя со всех сторон, мы пустили на них газ с гравилета, немного досталось и. В гравилете ты дважды приходил в себя, а потом вырубился и только теперь очнулся. Как ты, не тошнит?

Кто я такой, какое у меня было задание? Зря стараешься, сынок, я ничего не знаю, или ты забыл наш Устав? В самом деле, в Уставе Арагонского братства был такой пункт, не то чтобы призывавший братьев обращаться между собой телепатически, но требовавший проявлять бдительность. Без разумной недоверчивости братство, наверное, и не смогло бы сохраниться, все же они занимались торговлей оружием, а не разведением собачек или фиалок.

Незнакомец, убедившись, что Джонни не собирается буйствовать, вышел. Джонни молчал на протяжении всего дня. Только вечером сомнения Джонни развеялись: Чарльз Голд был приземистым мужчиной с борцовской шеей и бесцветными глазами иногда такие глаза называют стальными, иногда — выцветшими.

На плечах у него болтался халат, не сумевший вместить его габариты, и какой-то сдержанной силой веяло от всей фигуры Голда-старшего. Ну да это не важно, это не должно тебя тревожить. Лучше послушай вот что: Новость действительно была хоть куда: Из исполнительного гнезда, бывали случаи, братья шагали вверх через две ступеньки, а то и сразу через три, становились старшими братьями, а один, ходили слухи, попал сразу в аппарат Магистра-Секретаря.

Брату-исполнителю еще бы не быть заметным: Приговоренные братья, как правило, не спешили расстаться с собственной головой. Вся загвоздка заключалась в том, что карьера в Арагонском братстве не очень-то улыбалась мечтающему о звездах юноше. Я обещал тебе, что ты прослужишь братству не более пяти лет, насчет пяти лет это действительно так, но я не обещал тебе все пять лет держать тебя в транспортировщиках, — разъяснил мистер Голд, не повышая тона.

Тебя влекут звезды, хорошо, иди к ним, но сначала выполни свой сыновний долг по отношению ко мне и к твоей матери.

Ты знаешь наше правило: Твой переход в исполнительное гнездо мне на руку, это укрепит мои позиции. Или же ты не испытываешь ко мне никаких сыновних чувств, а, сынок?

Джонни пробурчал что-то невнятное.

Любимое кино. Бешеные псы

Впечатление, однако, было такое, что он склонялся перед волей отца. Отец с сыном еще поговорили: И, не сказав более о братстве ни слова, они расстались.

Джонни провалялся на койке больше месяца, потом больше месяца кормил синичек, кидая крошки на подоконник. Однажды врач долго тыкал его датчиками мудреных приборов, в заключение сказал: Это был последний день, проведенный Джонни в маленькой затерянной в горах ватно-марлевой темнице. С месяц он занимался на тренажерах в общественном спортивном клубе, потом вернулся к квадаку, дал несколько показательных боев в ресторанчиках, — и тогда только настал день, когда отец сказал ему: Вечером за Джонни пришел разводящий, гнездо разводящих обеспечивало связь между различными подразделениями братства.

Сухопарая Эльза, мать Джонни, то и дело поправляя очки на потном носу, поцеловала и перекрестила его, хотела позвонить отцу, чтобы тот пришел мистер Голд находился в клубе Звездочетов, в котором он председательствовал ради маскировкино Джонни удержал ее, отец еще утром сказал ему все, что. И Джонни с невзрачным низеньким человечком, разводящим братства, ушел в сумерки гаснущего дня.

Разводящий доставил Джонни в сырой, душный район Единенья, район проституток и наркоманов, возведенный на месте болота. Там на двенадцатом этаже грязной, замусоренной двадцатиэтажки Джонни ждали.

Национальный кинопортал Film.ru — все о кино

Передав Джонни плешивому толстяку, его теперешнему начальнику, разводящий удалился. Толстяк, назвавшись братом Джозефом, провел Джонни в низкую комнату с потеками на потолке и серыми обоями, висевшими клочьями.

У окна за пустым столом сидели двое, белобрысый крепыш и длиннорукий рыжий горилла. Брат Джозеф потыкал пальцем: Пожмите друг другу руки, ребята, вы теперь в одной команде. Вот, посмотрите брат Джозеф показал цветное фото, с которого скалил зубы красавец в майке с ракетой. Его вы найдете в доме семнадцать по улице Прощальных Огней, там, в подвале, у него берлога.

Не думаю, чтобы его охраняли Серые Волки, но будьте осторожны. Тесак, конечно, предназначался для ритуального обезглавливания: Джонни прихватил с собой квадак, которым можно было вполне успешно выполнить эту операцию, но не стал заострять на этом внимание. Гориллообразный Рич, погоняв морщины по лбу, уточнил: В подвале освещение не работало, возможно, скрывавшийся там Тайсон сам вывел его из строя.

У исполнителей братства на этот случай были приборы ночного видения. С их помощью Рич, Боб и Джонни принялись обыскивать подвал.

Они лазили среди гор мусора и битого кирпича около часа. Они осмотрели все закоулки, проходы и мусорные завалы — и в одном месте обнаружили дверь, очевидно, некогда ведущую в служившее для технических целей помещение. Загадка для залетного ксенобиолога. Вот бы поглядеть, как тот, бедолага, будет пыжиться!

Пожалуй, можно забрести в воду — пускай охладит разошедшуюся ногу. Билл подобрал плоский камешек и запустил его в море. Внезапно из воды вынырнула рыба — разинула пасть, раздраженно зарычала, поймала камень и плюхнулась обратно. Она исчезла, но Билл все еще видел, мысленным взором, громадные, острые белые клыки. Да, в воду лезть не стоит; впрочем, ему все равно не особенно хотелось купаться. Он человек простой, со скромными потребностями, ищет самых простых радостей.

В общении с противоположным полом. Или в еде, выпивке и наркотиках. Желательно, конечно, все. А лучше всего — демобилизоваться, но на это, естественно, нечего и рассчитывать. К несчастью, прогулка босиком по песчаному пляжу и размышления о милостях старой гниды матушки-Природы не сулили ничего сколько-нибудь похожего на эти непритязательные удовольствия.

Билл шумно вздохнул, оглушительно чихнул, вернулся туда, где оставил башмаки, обулся и двинулся к госпиталю, в полной уверенности, что бар наконец-то открылся и он сможет исполнить хотя бы одно из своих немудреных желаний. На обратном пути Билл как следует присмотрелся к морю — и к дегидрационному заводу за госпиталем.

Из заводских труб вырывались густые клубы жирного черного дыма. Интересно, мелькнула у Билла мысль, а что там, в воде? Он подступил поближе к кромке воды и уставился на маслянистую жидкость. Волны украшали гребешки золотистой пены. Биллу нестерпимо захотелось промочить горло. Билл сильно подозревал, что пойло, каким угощают в баре, изготавливается из содержимого местной клоаки, приправленного формальдегидом.

Впрочем, наклюкаться можно было и им; к тому же он не имел дурной привычки воротить нос от стакана только потому, что от того плохо пахнет. Билл собрался было двинуться дальше, но тут ярдах в пяти от берега над поверхностью моря взметнулся пенный гейзер. Пена почти сразу опала, и взгляду Билла предстал некий темный предмет, с которого капала вода. На мгновение Билл преисполнился восторга. Перед ним стояла обнаженная женщина — набухшие соски, роскошные груди бурно вздымаются, прекрасное лицо выражает всепоглощающую чувственность… Священный дух великого Ахура Мазды!

Кажется, его хотят соблазнить! Женщина направилась к берегу. Ее фигура вырисовывалась все отчетливее — и миг восторга миновал. Ниже талии тело женщины покрывала густая козлиная шерсть того же темно-коричневого цвета, что и грива мокрых волос, обрамлявшая прелестное личико. Женщина ступила на берег, и Билл увидел, что вместо ступней у нее раздвоенные копытца, точно такие же, как у него, разве что поменьше. К сожалению, мне пора делать укол. Я подцепил жуткую болезнь, которая называется — нет, я не посмею произнести это слово.

Похоже, ее нисколько не смутило признание Билла. И потом, у тебя такая замечательная нога! Билл в ужасе завыл и попытался вскочить. Однако диковинная женщина схватила его за ремень — хватка у нее оказалась на удивление крепкой — и снова повалила на песок. Неужели тебе не хочется позабавиться со мной? Биллу если чего и хотелось, так это вырваться и удрать. К несчастью, он, гора накачанных мускулов, не мог даже пошевелиться, а не то что высвободиться из объятий настырной красотки.

В ее изящных ручках таилась недюжинная сила. Похотливо изогнув спинку, женщина поволокла Билла к морю. По песку протянулись две глубокие борозды, оставленные пальцами Героя Галактики, который тщетно пытался за что-нибудь зацепиться.

В следующее мгновение вой перешел в душераздирающий визг: По-моему, ты уже втюрился в меня по уши. Должно быть, ее одолел приступ безумного инопланетного веселья. И, все еще хихикая, сатир в женском обличье увлек Билла, отчаянно брыкавшегося и размахивавшего руками, в глубину загадочного, мрачного моря.

Глава 4 Мифическая страна Ик, подумал Билл. Ик, раз-ик и раз-этак. Он как будто плавал в глубокой чаше, заполненной желатином с привкусом лакрицы, вроде того, какой радостно пожирал в лагере имени Льва Троцкого Трудяга. Билл всегда отдавал этому психу свою порцию десерта; так же поступали и многие новобранцы, вовсе не по широте душевной — какая там широта души у солдата!

Кстати говоря, Трудяга съедал лишь малую толику, а в основном использовал десерт в качестве гуталина. Билл опускался все глубже. Он попытался окинуть мысленным взором прожитую жизнь.

Поскольку та была достаточно короткой, вскоре начались повторы, а затем отдельные эпизоды стали накладываться один на. В конце концов, когда черная жидкость стала до невозможности черной и густой, а сам Билл почувствовал, что вот-вот окочурится, он вдруг обнаружил, что барахтается на земле и выплевывает из себя воду, точно выброшенный на берег кит.

Мало-помалу в груди Билла оказалось столько кислорода, сколько требовалось для того, чтобы изголодавшиеся легкие заработали в полную силу. И тут кто-то выключил свет, и Билл вновь окунулся в кромешную тьму. Сознание фокусировалось медленно; изображение возникало постепенно, словно в эротическом фильме. Билла вырвала из забытья птичья трель. Душистый зефир шевелил его волосы, он слышал звонкий смех и мелодичное треньканье какого-то музыкального инструмента.

Все было просто замечательно, Билл расслабился и успокоился. Он, вероятно, постарался бы пролежать там, где лежал, как можно дольше, но внезапно, прогнав приятную истому, ему в ноздри ударил едкий, сладостный аромат.

Веки разомкнулись, и Билл открыл. И то сказать, частенько ли простому солдату выпадает случай потешить себя таким изысканным напитком, как вино? Будучи на Шишке-IV, Билл как-то ухитрился надраться вином из лесных ягод — получив увольнительную, он не стал задерживаться в учебном лагере, где проходил обучение на сортирного смотрителя, и завернул в первую же попавшуюся откровенно гнусную забегаловку; о том, каким было похмелье, он до сих пор, когда ему случалось загрустить, вспоминал с содроганием.

Однако то вино, которое на него пахнуло сейчас, сулило истинное наслаждение. Если уж на то пошло, алкоголь везде алкоголь. Билл забыл о выпивке единственный раз в жизни — догадавшись, что должен будет пилотировать звездолет. Командование Галактической армии рекомендует воздерживаться от употребления спиртных напитков. Впрочем, пилотом Билл не был и не имел ни малейшего желания им стать, приходил в ужас при одной только мысли о подобной участи, а потому тревожился за себя крайне редко.

Глаза Билла округлились, в желудке сработало сцепление, и включилась передача, рот заполнился слюной, которая затем выплеснулась наружу, потекла по подбородку, закапала с одного из клыков Смертвича Дранга.

Он приподнялся, огляделся — и забыл даже думать о выпивке. Он находился в оливковой роще. В небе висело стилизованное солнце, которое излучало тепло и протягивало к Герою Галактики свои нежные золотистые персты. Само небо было голубей яйца малиновки, снесенного в период глубокой депрессии. Вдалеке высились горные пики, а в нескольких ярдах от Билла переплетались лозы дикого винограда. Роскошная трава, на которой распростерся Билл, была мягче ковровых дорожек на офицерской палубе имперского крейсера.

Из нее выглядывали цветы самых разных тонов и оттенков, словно нарисованные художником-импрессионистом, создавшим истинный шедевр искусства разбрызгивания краски. Однако Билла поразила не столько ошеломляющая красота местности, сколько та, с позволения сказать, деятельность, которая кипела. Едва одетые женщины то прятались в кустарнике, то, смеясь, выглядывали наружу; их одержимо преследовали рогатые и мохнатые сатиры — правда, не все; некоторые, по-видимому, добились своего и теперь возлежали на травке и вкушали багровые апельсины, что свисали с ветвей, сверкая на солнце.

Похожие на философов типы в белых хламидах и с венками из лавровых листьев на умудренных возрастом челах обсуждали некую метафизическую теорию, одновременно с вожделением поглядывая на маленьких мальчиков и отвлекаясь от ученого спора лишь затем, чтобы схватить за ягодицу проходящего мимо эфеба.

Билл - герой Галактики. Том 2 (fb2)

И все участники этого действа держали в руках огромные, украшенные самоцветами кубки, в которых плескалась ароматная рдяная жидкость; к тому, чей кубок хоть немного пустел, тут же подбегала стройная дриада с полным кувшином. Да славится вечно всеподатель Ахура Мазда во всем своем величии!

Билл давненько не заглядывал в церковь, но сейчас попросту не мог не воззвать к Божеству. Что за диковинная вечеринка! Голосок прозвучал у него за спиной, поэтому он повернул голову. Снизойди к моей нижайшей просьбе, добрый сэр, позволь поцеловать сей клык слоновой кости!

Билл сообразил, что смотрит прямо в бездонные голубые глаза, подобных которым в жизни не. Эти глаза глядели на него с прелестного личика и способны были отправить в небо тысячу звездолетов.

А тело — тело могло воспламенить сердца тысячи воинов. Весь наряд обворожительной чаровницы составляли крохотные шелковые лоскутки, а дополняли его водопад светлых волос и гладкая, ослепительной белизны кожа. Что за сногсшибательная красотка! Билл совсем уже собирался наброситься на нее, заключить в свои щедрые объятия, прильнуть к этим пухлым губкам и целовать, целовать — в общем, заняться той ерундой, о которой читал в романтических журналах; но внезапно замер, вспомнив, каким образом попал.

Он равнодушно сунул чудо техники в карман и с подозрением осмотрелся по сторонам. Недалеко отсюда еще более известные Елисейские Поля. Скажи мне, добрый сэр, молю тебя, к каким ты относишься мифическим существам? Билл взглянул на молодую женщину и оказался загипнотизированным и парализованным: Ты, должно быть, из Пещер Гадеса. Там мужчины все как на подбор.

Знаешь, прости за смелость, но ты ужасно красив! Могу я налить тебе вина? Конечно, в большой кубок? Неужели сам Император воссел на трон? Неожиданно он сообразил, что его сердце колышется в груди не совсем так, как обычно.

Вообще-то колыхания при виде особ противоположного пола — в частности, колыхания некой части тела — были ему не в новинку, однако то, что происходило сейчас, означало нечто неизмеримо большее, хотя и сдобренное вздохами и дрожью в подбрюшье. Билл рыгнул, и дрожь прекратилась, но вот мозг не сумел освободиться от власти наваждения. Билл влюбился, причем — с первого взгляда! Естественно, он возжелал поскорее утолить свою страсть, а потому стал с нетерпением ожидать возвращения милашки.

Вдруг из-за ствола оливы высунулась голова того самого сатира в женском обличье. Губы существа растянулись в плотоядной ухмылке. Он поднялся, стряхнул с комбинезона пыль и ткнул в свою похитительницу толстым солдатским пальцем. Тебе что, не известно, что похищать солдата армии Его Величества Императора — все равно что изменять присяге, и даже хуже?!

Ты случайно не из гомиков? Для мужественных солдат вроде Билла обвинение в женоподобности было приблизительно то же, что для быка красная тряпка, однако сейчас Билл пропустил его мимо ушей, решив, что если и будет что-то доказывать, то только той красотке, которая пошла за вином.

Ему хватило выдержки повторить вопрос. А теперь поделись секретом: Те ребята, которых я похищала раньше, обычно не ждали приглашения. Может, тебе что-нибудь отстрелили на войне? Тут наконец-то показалась красавица, которая свела Билла с ума. Она несла кувшин с вином, такой большой, что ей приходилось держать его обеими руками.

Выходит, тебя зацапала Ирма? И потом, мне казалось, что сатиры все самцы. Вдобавок интересно ведь узнать, как живет вторая половина. Для трезвого как стеклышко Билла это было уже. Он выхватил у Ирмы кубок и сделал несколько весьма приличных глотков, после чего, разомлев от удовольствия, испустил сдавленный вздох — такого вина ему пробовать еще не доводилось; правда, до сих пор он вообще не знал вкуса настоящего вина — во всяком случае, настоянного на апельсиновом соке.

Почувствовав себя гораздо лучше, Билл посмотрел на Ирму, и его сердце вновь растаяло от любви. А меня зовут Билл. Я сейчас живу в Парфеноне. Сдается мне, я слышал о мифах и прочей дребедени из книжек и комиксов.

Однако мифы должны быть мифами, верно? Ну, если они происходят на деле, значит, перестают быть мифами. Я родом вовсе не отсюда. Как и тебя, меня похитили с моей родной материнской планеты. Билл, продолжая попивать вино, погрузился в размышления. Стоило ему посмотреть на девушку, как его сердце начинало выбивать барабанную дробь. Как и положено солдату, он по-прежнему был не прочь перейти к решительным действиям; впрочем, в глубине души он оставался деревенщиной, а потому несколько растрогался, услышав горькие рыдания похожей на прелестный цветок молодой женщины.

Но для начала нужно побольше узнать друг о друге. Ирма, по щекам которой струились совершенные по форме слезы, слушала, время от времени моргая и шмыгая носом. Дважды, когда Билл повторялся, она засыпала, и ему приходилось будить. Тем не менее она честно пыталась слушать. Расскажи мне о. Ирма охотно исполнила его просьбу. Родом я с планеты Дурман, что находится в Околонаучной системе Полузапеченного сектора Галактики. Когда я была маленькой, то очень любила котят.

О, какие симпатичные зверьки — пушистые, ласковые! Я обожала кошек и котят, и слуги прозвали меня Кошечкой. Я до сих пор откликаюсь на это прозвище, так что прими к сведению. Моих котят звали Лунный Зайчик, Пылинка и Снежинка. Они играли с клубками шерсти, прыгали по комнате… О, нам было так весело! Я не рассказывала тебе про котенка по имени Мистер Меховушка?

С диковинными серыми пятнышками на спинке, ближе к хвосту? Знаешь, когда они вырастали и становились котами и кошками, они вовсе не делались телепатами, хотя мне хотелось, чтобы с ними стряслось что-нибудь этакое, как в книжках про Храпуна Энди, которые я читала запоем. А ты не читал? О, как жаааааль… Герои и героини все телепаты и могут разговаривать с животными!

Да, я совсем забыла про котенка, которого звали Мистер Смутьян. Он, когда вырос… Тут Билл прервал Ирму и предложил ей заканчивать с котятами и переходить к делу. Дескать, пускай говорит о чем угодно, но только не о том, от чего ему хочется завопить как сумасшедшему. Словом, все равно о чем, лишь бы не о котах. Я сказала, что была принцессой? Моим отцом был король Ганс Нехристь Сказскил.

Между прочим, не каждому так везет с родителями. Это он подарил мне котят. А у папы был советник по имени Мерфад. Он, то бишь Мерфад, заявил однажды, когда на него снизошел дар пророчества, что я — Особая. Не знаю, известно ли тебе, кто такие Особые; их называют талантами, экстрасенсами или, на некоторых планетах, болтунами. Мерфад обнаружил, что моя особенность заключается в том, что я могу общаться с единорогами. К сожалению, на Дурмане единорогов не водилось, а потому я не могла воспользоваться своим дарованием.

Тем не менее я твердо знала, что я — не просто Особая, но Особая принцесса! А теперь о грустном. Меня похитила злая королева Шельма из страны Огромных Снежных Гор. Я тогда была девочкой. Хуже того, она наложила генетическое проклятие на страну Юности, которой правил мой отец.

Сказать по правде, я страшно обрадовалась. Я говорила, что за мной ухаживал один паренек? Мы с ним оба любили кошек, потому-то и сошлись друг с другом. Вдобавок Джо тоже был Особым. Он умел разговаривать со слизняками. К несчастью, это его умение не слишком помогало ему в поисках похищенной возлюбленной. Да, Джо искал меня, но вскоре умер от ужасной болезни.

Так утверждала злая королева Шельма: Я быстро выяснила, что ей. Она стремилась править всей планетой, хотела изменить орбиту Дурмана и превратить его в галактический лыжный курорт. Она даже пошла на сделку с чинджерами, которые пообещали переправить на Дурман Особого Космического Единорога, из-за чего и выкрала меня — чтобы я общалась с животным!

Так вот, узнав об этом, я решила, что не соглашусь ни за какие деньги. Значит, нужно было бежать. Я спустилась в нижние пещеры, отыскала канализационный сток, подняла решетку и, светя себе фонарем, двинулась по трубе в толщу скал. Ясно было, что перспективный сценарий испорчен тем, что режиссер мало знает о профессиональных съемках. Гильям сказал, что режиссеру не обязательно знать, как работать с камерой, делать грим и так далее.

Работа режиссера — найти талантливых подчиненных и объяснить им свое видение. Чтобы затем оператор сделал свое дело, а гример —. В этот момент Тарантино осознал, что справится с проектом. Что-что, а объяснять свое видение он любил и умел.

Оставалось лишь найти талантливых сотрудников. Некоторые из тех, кого тогда нанял Тарантино, еще не раз работали с ним над другими картинами. Кстати, агент женщины убеждал ее не браться за ленту начинающего режиссера, но Менке не послушалась и, кажется, ни разу с тех пор об этом не пожалела. Параллельно сложилась актерская труппа.

Преподавательница, учившая Рота говорить с американским акцентом, изобразила женщину, которую Фредди убивает во время бегства от полиции.

Мистер Коричневый и мистер Синий участвуют лишь в прологе ленты, так как погибают в перестрелке с копами. Эта непринужденная беседа была вдохновлена досужими разговорами Тарантино с друзьями.

Часто пишут, что разговор о Мадонне не имеет никакого отношения к сюжету, но если приглядеться, можно заметить, что тема песни схожа с той художественной задачей, которую ставил перед собой режиссер. Кстати, после выхода фильма Мадонна связалась с Тарантино и сообщила, что его пошлая интерпретация неверна и что Like a Virgin — песня об искренней любви, а не о крутом сексе.

Роль пожилого криминального авторитета Джо Кэбота, который собирает банду для опасного дела, сыграл голливудский ветеран Лоуренс Тирни. Тирни был известен не столько как актер, сколько как алкоголик и драчун, который даже в пенсионном возрасте регулярно попадал в руки полиции. Позднее он чуть не подрался с Тарантино.

Работать с Тирни никому не нравилось, потому что он постоянно забыл реплики и вел себя откровенно по-хамски. Поскольку бюджет фильма был крошечным по голливудским меркам, некоторые актеры играли в своей собственной одежде и ездили на своих автомобилях.

Даже черные костюмы, в которых щеголяют бандиты во время ограбления и после него, не все были пошиты для съемок. Харви Кейтель снимался в собственном костюме, который стоил дороже, чем то, что могла позволить себе группа. Кадр из фильма "Бешеные псы" Кстати, почему бандиты одинаково и шикарно одеты, будто собрались на вечеринку?

Потому что преступники в самом деле иногда так делают, чтобы узнавать друг друга в суматохе и запутывать свидетелей, обращающих больше внимания на одежду, чем на лица грабителей.

Ну и, конечно, стильные бандиты — традиционная фишка американского криминального кино. Основным местом съемок был заброшенный морг. На первом этаже, в бывшем гараже заведения, снималось основное выяснение отношений, а на втором этаже была оборудована декорация офиса Джо Кэбота какой же бандитский главарь без шикарного собственного кабинета? Работа проходила летом года, в самый калифорнийский зной, и Тим Рот часто прилипал к полу из-за разлитой вокруг него бутафорской крови его герой тяжело ранен во время бегства с места преступления.

Съемки продвигались от менее жестоких сцен к более жестким, чтобы начать с технически простых моментов. Эпизод в ночном клубе, где герой Рота рассказывает байку, которая должна расположить к нему бандитов, был снят в заведении для геев. Это стало поводом для множества шуток. В создании саундтрека не участвовал композитор. Тарантино собрал звуковую дорожку из тех хитов х и х, которые казались ему отличным ироничным контрапунктом к мрачному содержанию ленты.